Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Опубликовать в социальных сетях

Индекс цитирования.

О ЮНЫХ ХУДОЖНИКАХ

(стр. 2)

 

Если сравнить детские рисунки, созданные в разных частях земного шара, нетрудно увидеть в них очень много общего в зависимости от возрастных особенностей ребенка. 

Наиболее сходно творчество самых маленьких, которое и в далеком прошлом отмечалось остротой наблюдательности и смелостью непосредственности: даже рисунки, созданные около 770 лет назад мальчиком Онфимом из Новгорода, так похожи на работы его шестилетних сверстников — наших
современников, живущих в Армении, Японии, Гвинее... 

Но уже самые маленькие стремятся передать реальный мир, мир современный, пристально ими изучаемый. И рядом с изображением мамы малыш рисует не рыцаря на коне, а папу за рулем автомобиля. 

Ребенок, живущий в Финляндии, изображает заснеженный фиорд, а житель Уганды — стройные пальмы. Не остаются незамеченными юными рисовальщиками обычаи и традиции родной страны. Даже ее социальные условия, политическая жизнь, выражающиеся в тех или иных доступных наблюдательному взгляду малыша формах, оставляют свой след под его карандашом или кистью. 

Творческая активность, увлеченность своей работой, некритическое отношение к ее результатам, большая продуктивность и быстрота выполнения рисунков характеризуют ранний период изобразительной деятельности ребенка. Однако уже и в этот период можно наблюдать различия не только в тематике работ, но и в манере изображения, идущей от национального характера, темперамента, психики и т. д. 

Для всех детей 8—11 лет также существуют общие черты изобразительного творчества: чрезвычайно конкретный, «предметный» характер отношения к изображаемому без учета окружающей его среды, положения относительно других предметов, падающего на него света и т. д. Характерна для этого возраста и необыкновенная устойчивость особенностей и приемов изображения, часто идущая вразрез с теми знаниями и умениями, которыми ребенок уже обладает. 

В среднем возрасте, когда появляются способности к размышлениям и рассуждениям, к самокритике, к сравнительному анализу своих и чужих произведений, у детей на смену творческой свободе и уверенности часто приходят робость, нерешительность, порой неверие в свои возможности, стремление к подражанию, срисовыванию. Это трудный возрастной период для педагога, посколь­ку он требует чрезвычайно умелого руководства, заключающегося в продуманном сочетании обучения грамоте рисунка и живописи с поддержанием и развитием творческого настроения подростка, его интереса к изобразительной деятельности. 

Старший школьный возраст (14—15 лет), отмеченный развитием абстрактного мышления,
пространственных представлений, а главное — формированием мировоззрения, индивидуальных творческих особенностей, манеры самовыражения, ярким проявлением национальных особенностей, для некоторых педагогов не столь привлекателен, как период раннего детства. Одних отпугивает «взрослость», отсутствие забавности, наивности, безудержной смелости, красочности, других — сложность работы с подростками. Не поэтому ли на многих, даже весьма больших выставках изобразительного творчества детей разных стран представляется мало работ подростков и еще меньше работ юношей и девушек 16—17 лет? 

Возможности ребенка, его индивидуальные особенности проявляются лишь в результате обобщения и применения полученных им знаний и навыков; рост способностей и развитие творческих начал немыслим без приобретения новых знаний и навыков. И если способные дети нуждаются в умелом и тактичном обучении, то что же тогда говорить о неспособных? А ведь одна из основных задач советской школы — художественное воспитание всех учащихся. 

Самобытность работ, которая придает им особую прелесть и ценность, тем существенней, чем древнее история, богаче культура, устойчивее традиции в искусстве стран, в которых родились и росли дети. 

Влияют на характер детского творчества и географические особенности: климат, растительность, ландшафт и пр. Например, работы юных скандинавов отличает преобладание холодных тонов, порой сдержанных и суровых. Рисунки детей центрально-европейских стран имеют колорит более теплый, хотя в целом уступают по яркости и красочности произведениям южан. Полны оптимизма и восторга великолепные, сверкающие теплыми оттенками узоры живописных работ юных киприотов. 

Красивы и гармоничны краски, сдерживаемые четко прорисованными тонкими контурами, в акварелях и гуашах японских детей. Тщательно вырисованные детали подчинены общему целому. Во многих композициях горизонт совсем отсутствует или очень высок.  

В произведениях юных иранцев, цейлонцев, индейцев много общего с замечательными древними миниатюрами. Они многофигурны, ритмичны, плоскостны, полны изящества и гармонии. 

Свой стиль у детей Уганды, работам которых присущи мягкость и сдержанность тона, преобладание сине-зеленых, желтоватых и коричневых красок, отсутствие ярких пятен, интимность. 

Мне довелось преподавать изобразительное искусство в школе, где занимались дети, приехавшие из Афганистана, Австрии, Японии, Чехословакии, Франции, Югославии и многих других стран. Достаточно было только взглянуть на их работы, чтобы увидеть, сколь различны они по композиции, колориту, выбору тем и т. д.

Постоянный контакт детей друг с другом отнюдь не сглаживал это национальное своеобразие. Наоборот, они взаимно расширяли кругозор, знания. Дети вместе учились, дружили. С уважением, с большим вниманием и интересом они изучали рисунки своих товарищей, осваивали новые для них технические приемы изображения, разработанные в той или иной стране. Я, стремясь дать ребятам знания технического порядка, не требовал идентичной для всех манеры работы. Наоборот, старался обратить внимание детей на самые ценные и выразительные стороны их национального искусства, сохранить зерно индивидуальности каждого. Пути к этому различны, они выбирались в зависимости от обстоятельств. 

Однажды мне посчастливилось привезти в столицу Республики Мали Бамако выставку изобразительного творчества советских детей. Прямо в выставочном зале я организовал кружок рисования для малийцев. Большинство из них никогда прежде не рисовали, они занимались, как это обычно бывает у детей,
лишенных руководства, копированием открыток, почтовых марок, фотографий. Первые же их самостоятельные работы открыли не только большие способности, непосредственность, но и национальную самобытность. 

Стоило только дать детям ряд советов технического порядка, направить их внимание на изучение природы, людей, животных, как ребята проявили свои творческие способности, причем не менее широкие, чем у детей других стран, и нуждающиеся, как и всюду, в дальнейшем совершенствовании. 

Опыт работы и практика показали, что не может быть какой- то единой универсальной системы художественного воспитания детей всего мира; в противном случае она должна пренебречь веками складывающимися традициями многочисленных народов, тесно связанными с их психологией, мировоззрением, привычками. Однако основные принципы художественного воспитания детей должны
быть обязательны во всем мире: развитие художественного вкуса с помощью природы и произведений искусства, обучение изобразительной грамоте с учетом возрастных особенностей, сохранение и развитие индивидуальных и национальных особенностей и т. д.

Мне приходилось часто беседовать о живописи, о наших и зарубежных художниках с учащимися средних школ, ПТУ, техникумов. 

Когда начинаешь рассказывать о произведениях мастеров искусств, показывать репродукции, почти все слушают внимательно, с интересом. И тогда особенно заметно: чем моложе человек, тем
более он любознателен, тем более естественно его стремление к познанию и восприятию прекрасного. 

«Задача преподавания рисования заключается не в выработке механических навыков, а в содействии всестороннему общему образованию и гармоническому развитию всех духовных сил человека». Нет, это не цитата из школьной программы, это слова крупнейшего педагога XVIII столетия Иоганна Генриха Песталоцци. Уже тогда была дана правильная оценка роли художественного воспитания.

Даже устав реальных училищ 1872 года в такой отсталой стране, как царская Россия, гласил: «Все учащиеся должны много и долго заниматься рисованием и черчением, без чего они были бы как без рук; можно сказать, что их пригодность к практическому делу будет обусловливаться столько же знанием рисования и черчения, как и знанием специальных наук». Художник наблюдает и изучает жизнь, мучается над задачами компо­зиции, ищет нужные сочетания красок, думает, как полнее, ярче выразить свои замыслы и переживания. Потом незаметно ходит по выставочному залу, прислушивается к отзывам
посетителей о его работах. 

- Мазня какая-то. Вот раньше рисовали — каждая пуговица как настоящая, — возмущается мужчина. 

- Пройденный этап, — бросает на ходу бородатый юноша. — Все содержание этой картины можно
выразить тремя штрихами и одним пятном. 

И хотя не только подобного рода высказывания слышит художник, лицо его мрачнеет, он думает: «Есть еще люди, не умеющие смотреть картину, рисунок, скульптуру. Очень жаль, что в детстве они не
научились этому». 

Никакие печатные руководства, лекции, беседы не заменят по­следовательного художественного воспитания с первых лет жизни человека. Многое здесь зависит не только от детского сада, школы, но и от родителей. 

...На всю жизнь мне запомнилось первое посещение Третьяковской галереи. Отец повел меня туда, рассказал о произведениях Саврасова, Федотова, Верещагина. Потом накупил репродукций, книг о художниках. Ему я обязан появлением интереса к искусству. 

Отец старался украсить быт недорогими, но красивыми предметами. Вспоминаю, как в детстве я любил смотреть на деревян­ную карандашницу и на рисунок, который ее опоясывал: красивый древний город, дорога среди снегов, запряженная в сани тройка. Давно нет той карандашницы, и теперь кажется, что этот город когда-то я видел наяву, ходил по его улицам, мчался в санях мимо высоких теремов. Так, украшенная сергиевским мастером скромная серенькая карандашница исподволь вводила меня в особый мир: здесь и образ Древней Руси, и задушевность зимнего раздолья, и красота деревянного зодчества. 

Воспоминания детства живут до глубокой старости. Память ребенка прочна, она фиксирует каждую мелочь — ведь все вокруг ново, интересно, важно, все воспринимается активно. Вот почему воспитание любви к искусству необходимо осуществлять с самого раннего детства, тогда она будет сильна и непреходяща. 

Игрушки, оформление детских книг, убранство комнаты, где живет ребенок, — все оказывает воздействие на формирование его художественного вкуса. А художественный вкус и искусство нераздельны. 

Не следует жалеть для детей ярких красок, карандашей, мелков, пастели, самой хорошей бумаги (не только белой, но и цветной). Надо, чтобы ребята увидели силу художественных материалов и их возможности, увлеклись рисованием, полюбили его. 

Карандаш, краски — первые помощники для творческого выражения впечатлений, наблюдений, фантазии малыша, еще не умеющего читать. Если он к ним охладевает, то по вине взрослых, родителей,
воспитателей, не поддержавших его склонностей, не придавших значения занятиям сына или дочери. 

А сколько существует возможностей пробудить фантазию ребенка, увлечь его творчеством! Не только работой акварелью, гуашью, цветными карандашами, но и лепкой, аппликацией и многим другим. Из простой еловой шишки, сухого древесного корня, желудя, кусочка мха можно сделать много интересного: фигурки людей, животных, сказочных существ и т. д.

Основная задача воспитателя — содействовать развитию творческих возможностей детей, не навязывая при этом им собственных мнений и вкусов. 

- Мы опять хотим в живой уголок, — обратились ко мне студийцы из младшей группы.

- Ребята, а разве не легче вам рисовать вот это чучело попугая? Оно такое красивое и к тому же не двигается и не летает. 

- Нет, мы лучше будем рисовать живую ворону. 

И студийцы в комнате юннатов изображают с упоением птиц, зверюшек, рыб или наблюдают и запоминают их движения, повадки, характерные черты, чтобы потом написать красками композицию. Как правило, малышам трудно рисовать с натуры; работая по памяти и по представлению, они делают это гораздо свободнее и вернее.

 

1    2    3